Какими должны быть экскурсии для туристов с ментальными особенностями: опыт нижегородского «Центра инклюзивного туризма «Без границ»
В Нижнем Новгороде организацией экскурсий для людей с ментальными особенностями занимается некоммерческая организация «Центр инклюзивного туризма и социальной адаптации для лиц с ОВЗ "Без границ"». В этом сезоне центр предлагает 15 инклюзивных однодневных туров по Нижегородской области, в том числе новую – в город Семенов «На родину золотой хохломы». Вместе с особенными туристами по новому маршруту отправилась представитель АТОР. В поездке директор Центра Марина Анисимова рассказала, как людей с ментальными особенностями увлечь культурно-познавательными экскурсиями.
директор Центра инклюзивного туризма и социальной адаптации для лиц с ОВЗ "Без границ" Марина Анисимова
- Марина, вы не только директор центра и организатор экскурсий, вы еще и «путевой» экскурсовод. Это вынужденная мера? Некому доверить своих особенных туристов?
- «Обычный» экскурсовод для наших ребят не подходит. Формат путевой экскурсии предполагает, что гид рассказывает об объектах, которые есть на маршруте, истории, с ними связанные, перескакивая с темы на тему. Нашим ребятам это не только не нужно, но и не полезно. Они теряются в объеме информации, у них рассеивается внимание, повышается тревожность. Для них самое главное – получить четко структурированную информацию. Рассказ должен быть кратким, фразы – простыми, и, главное, нельзя отвлекаться от главной темы. Сейчас мы едем в Семенов, на родину хохломы и матрешки, и я четко придерживаюсь нити рассказа «кержаки – умельцы – иконописцы – ложки – матрешки». Для каждой экскурсии у меня подготовлен альбом с фотографиями, схемами, картами и тактильный набор предметов, о которых рассказываю, поскольку просто текст наши туристы могут не услышать и не воспринять. Я заранее готовлю вопросы, чтобы получился диалог. Недавно в Арзамасе у нас появились партнеры – это НКО, которая занимается социализацией людей с инвалидностью. И их директору я могу доверить проводить наши турпрограммы. Благодаря этому, у нас туры не только с выездом из Нижнего Новгорода, а еще и с выездом из Арзамаса. Тур полностью организован нашим Центром, я заранее передаю текст, тайминг и маршрутный лист их экскурсоводу, рассказываю все детали. «Переучить» обычного экскурсовода для работы с нашими особенными туристами пока не получается. Он не хочет быть аниматором, не хочет петь и играть с ними, а мне надо, чтобы он был и хорошим экскурсоводом, и хорошим аниматором, и уметь коммуницировать с людьми с ментальными особенностями. Такие наверняка есть, надо их искать.
- Вы везете группу в Семенов первый раз. Вы уверены, что сотрудники готовы к приему ваших туристов?
- Сотрудники музеев, которые мы посещаем, проходили обучение для работы с людьми с ментальными особенностями, они разработали специальную экскурсию. Вот сегодня посмотрим, как они ее проводят. На самом деле я уже неоднократно имела возможность убедиться: можно иметь минимум знаний, и если не бояться наших особенных туристов, не относиться к ним с пренебрежением и делать все с душой, то все получается.
- Вы подготовили 15 экскурсионных поездок, и каждая предполагает посещение музеев, то есть можно говорить, что объекты показа Нижегородской области готовы к приему посетителей с ментальными особенностями?
- Когда я приехала в Нижний Новгород три года назад, была удивлена и обрадована, узнав, что музеи здесь и в области стараются сделать свои услуги доступными для людей с разными видами инвалидности, разрабатывают специальные программы для них. И я вижу положительные изменения. Все очень стараются, когда принимают наших ребят. И чем больше мы ездим, тем больше мотивируем объекты показа развивать адаптированные программы. Хочу рассказать про позитивный пример. Когда я пришла в первый раз в музей N с нашей группой, экскурсовод покрылась красными пятнами, указка в ее руке задрожала, и она спросила: «Марина, они у вас не агрессивные?». Спустя год наших посещений сам музей предложил написать проект и разработать цикл адаптированных экскурсий. Проект победил, и все реализовалось. Сотрудники музея так прониклись темой и столько придумали интересных приемов, что некоторые из них я копирую при разработке новых экскурсий.
- Какое главное условие для успешной организации экскурсий для людей с ментальными особенностями?
- Прежде всего туристу с любой формой инвалидности нужна принимающая среда, где не надо стараться быть «нормальным», удобным для всех, где не надо защищаться – на это уходит очень много сил, а можно быть самими собой и при этом чувствовать комфорт и безопасность. В поездках мы очень стараемся создать именно такую атмосферу. Это важно не только для самих людей с инвалидностью, но и для их близких. А я до сих пор иногда наблюдаю косые взгляды, недовольство и страх в наш адрес от обычных людей. И вижу, как мамы вжимают головы в плечи, как будто извиняясь за своих детей. У нас нет неправильных вопросов, жестких правил, требований соблюдения тишины – наш турист ведет себя так, как ему необходимо. Бывает, мамы контролируют своих детей, в том числе и молодых взрослых, говорят им: «Веди себя адекватно», но они и ведут себя адекватно – адекватно своему состоянию. Если человек ведет себя «плохо», значит, ему некомфортно. У нас это редко случается, но каждый такой случай я анализирую и учитываю в дальнейшем.
- А сами программы? В чем их особенность?
- В наших программах много игровых моментов. Например, в Нижнем Новгороде есть Стрелка, где встречаются Ока и Волга. Не все наши туристы могут запомнить названия рек. А если мы делимся на две команды «Волга» и «Ока» и под музыку играем в «Ручеек», названия запоминаются. Или вот рассказ про нижегородскую ярмарку. У нас две команды: «Купцы» (у них карточки с товарами и ценами 19-го века) и «Покупатели» (у них «монеты» 19-го века), и они продают и покупают, торгуются, и отлично с этим справляются. Еще пример: если просто рассказать про бурлаков, что они тянули баржи, никто из наших туристов не поймет, о чем речь, но, если взять веревку и все это обыграть, информация останется в памяти.
Мы чаще, чем в обычных экскурсиях, используем музыку, вспоминаем песни и цитаты из фильмов – их я показываю на планшете. Мы всегда бронируем музыкально-игровые программы в музеях, если они есть. Для каждого тура у нас изготовлено визуальное расписание, по которому наши туристы сами отслеживают программу – предсказуемость помогает снизить тревожность и позволяет распределить силы.
Стараемся учитывать и «гастрономические» нюансы. Просим кафе, где обедает группа, приготовить нежирное меню. И чтобы картошка и котлета, например, на тарелке не соприкасались, потому что наши туристы могут отрицательно на это отреагировать. Конечно, в небольших населенных пунктах пока сложно все это соблюдать. Нашим туристам важно есть своевременно. В туре мы учитываем эти моменты и даем возможность перекуса между завтраком и обедом в кафе. И если для обычных туристов действует правило «не есть в автобусе», то для наших – «не сорить в автобусе», так как есть они все равно будут.
- Какую информацию необходимо предварительно собрать об участниках экскурсии, чтобы избежать неожиданных ситуаций?
- В анонсах я размещаю подробную программу тура. Выделяю «капсом» позиции, которые могут вызвать сложности: например, более продолжительный, чем обычно, переезд. Подходит ли программа для туриста, решают его законные представители. У нас сейчас четыре экскурсии в месяц (и мы планируем рост), в каждой поездке – 30 участников. Я не могу узнать и учесть особенности каждого, это нереально. Законные представители, которые сопровождают наших туристов, берут с собой в поездку все необходимое, в том числе и медицинские препараты. Их обязанность предупредить меня о своих потребностях (например, о необходимости сделать укол), тогда я ищу для них спокойное место и возможность помыть руки и т. д. Я за то, чтобы зоны ответственности были разграничены, и воспитываю ответственность в наших туристах.
- Какое образование и какой опыт надо иметь, чтобы заниматься организацией экскурсий для людей с метальными особенностями?
- Если говорить обо мне, то первое образование у меня театральное, по второму я художественный руководитель этнокультурного центра, это помогает общаться с большой аудиторией, заниматься организационными делами. С 2013 года я работаю в туризме, а с 2019 года начала организовывать экскурсии и туры для людей с инвалидностью. Когда я переехала в Нижний Новгород, год работала старшим координатором волонтеров в ПНИ (психоневрологический интернат – ред.): там было и серьезное обучение, и практика коммуникации с людьми с ментальными нарушениями. Но для меня лучшие учителя – это мамы наших особенных туристов: кто, как не они, лучше знают, что нужно их ребенку. Туризм для людей с ментальными особенностями стоит на «пересечении» туризма и коррекционной педагогики. Как коррекционный педагог, так и менеджер по туризму или экскурсовод не смогут организовать экскурсию или тур для особенных людей с учетом всех нюансов. Пока, к сожалению, людей, которые обладали бы нужными компетенциями и опытом, а еще огромной мотивацией создавать и проводить инклюзивные туры и экскурсии, можно пересчитать по пальцам.
- Часто спрашивают, есть ли смысл в том, чтобы возить на экскурсии людей с ментальными особенностями. Интересно ли им? Усваивают ли, запоминают ли они информацию?
- Сегодня в нашей группе есть молодые люди с РАС (расстройство аутистического спектра – ред.). У них есть особенности поведения, но они закончили 9 классов, девушка – с красным аттестатом, она будет поступать в колледж. Наши программы построены с учетом потребностей и возможностей наших туристов. Вы видели, как внимательно все участники слушали экскурсовода, задавали вопросы, как всем понравился мастер-класс по росписи матрешки, как охотно все вызывались участвовать в интерактиве. Так что, безусловно, смысл есть: в смене остановки, выходе из привычного окружения, в смене деятельности. Также сегодня в поездке с нами молодой человек, которому, на первый взгляд, ничего не интересно из того, что происходит. Во время экскурсии он сидит в стороне и рисует что-то. Но его мама считает, что ему это полезно, и он с нами.
- «Обычный» экскурсовод для наших ребят не подходит. Формат путевой экскурсии предполагает, что гид рассказывает об объектах, которые есть на маршруте, истории, с ними связанные, перескакивая с темы на тему. Нашим ребятам это не только не нужно, но и не полезно. Они теряются в объеме информации, у них рассеивается внимание, повышается тревожность. Для них самое главное – получить четко структурированную информацию. Рассказ должен быть кратким, фразы – простыми, и, главное, нельзя отвлекаться от главной темы. Сейчас мы едем в Семенов, на родину хохломы и матрешки, и я четко придерживаюсь нити рассказа «кержаки – умельцы – иконописцы – ложки – матрешки». Для каждой экскурсии у меня подготовлен альбом с фотографиями, схемами, картами и тактильный набор предметов, о которых рассказываю, поскольку просто текст наши туристы могут не услышать и не воспринять. Я заранее готовлю вопросы, чтобы получился диалог. Недавно в Арзамасе у нас появились партнеры – это НКО, которая занимается социализацией людей с инвалидностью. И их директору я могу доверить проводить наши турпрограммы. Благодаря этому, у нас туры не только с выездом из Нижнего Новгорода, а еще и с выездом из Арзамаса. Тур полностью организован нашим Центром, я заранее передаю текст, тайминг и маршрутный лист их экскурсоводу, рассказываю все детали. «Переучить» обычного экскурсовода для работы с нашими особенными туристами пока не получается. Он не хочет быть аниматором, не хочет петь и играть с ними, а мне надо, чтобы он был и хорошим экскурсоводом, и хорошим аниматором, и уметь коммуницировать с людьми с ментальными особенностями. Такие наверняка есть, надо их искать.
- Вы везете группу в Семенов первый раз. Вы уверены, что сотрудники готовы к приему ваших туристов?
- Сотрудники музеев, которые мы посещаем, проходили обучение для работы с людьми с ментальными особенностями, они разработали специальную экскурсию. Вот сегодня посмотрим, как они ее проводят. На самом деле я уже неоднократно имела возможность убедиться: можно иметь минимум знаний, и если не бояться наших особенных туристов, не относиться к ним с пренебрежением и делать все с душой, то все получается.
- Вы подготовили 15 экскурсионных поездок, и каждая предполагает посещение музеев, то есть можно говорить, что объекты показа Нижегородской области готовы к приему посетителей с ментальными особенностями?
- Когда я приехала в Нижний Новгород три года назад, была удивлена и обрадована, узнав, что музеи здесь и в области стараются сделать свои услуги доступными для людей с разными видами инвалидности, разрабатывают специальные программы для них. И я вижу положительные изменения. Все очень стараются, когда принимают наших ребят. И чем больше мы ездим, тем больше мотивируем объекты показа развивать адаптированные программы. Хочу рассказать про позитивный пример. Когда я пришла в первый раз в музей N с нашей группой, экскурсовод покрылась красными пятнами, указка в ее руке задрожала, и она спросила: «Марина, они у вас не агрессивные?». Спустя год наших посещений сам музей предложил написать проект и разработать цикл адаптированных экскурсий. Проект победил, и все реализовалось. Сотрудники музея так прониклись темой и столько придумали интересных приемов, что некоторые из них я копирую при разработке новых экскурсий.
- Какое главное условие для успешной организации экскурсий для людей с ментальными особенностями?
- Прежде всего туристу с любой формой инвалидности нужна принимающая среда, где не надо стараться быть «нормальным», удобным для всех, где не надо защищаться – на это уходит очень много сил, а можно быть самими собой и при этом чувствовать комфорт и безопасность. В поездках мы очень стараемся создать именно такую атмосферу. Это важно не только для самих людей с инвалидностью, но и для их близких. А я до сих пор иногда наблюдаю косые взгляды, недовольство и страх в наш адрес от обычных людей. И вижу, как мамы вжимают головы в плечи, как будто извиняясь за своих детей. У нас нет неправильных вопросов, жестких правил, требований соблюдения тишины – наш турист ведет себя так, как ему необходимо. Бывает, мамы контролируют своих детей, в том числе и молодых взрослых, говорят им: «Веди себя адекватно», но они и ведут себя адекватно – адекватно своему состоянию. Если человек ведет себя «плохо», значит, ему некомфортно. У нас это редко случается, но каждый такой случай я анализирую и учитываю в дальнейшем.
- А сами программы? В чем их особенность?
- В наших программах много игровых моментов. Например, в Нижнем Новгороде есть Стрелка, где встречаются Ока и Волга. Не все наши туристы могут запомнить названия рек. А если мы делимся на две команды «Волга» и «Ока» и под музыку играем в «Ручеек», названия запоминаются. Или вот рассказ про нижегородскую ярмарку. У нас две команды: «Купцы» (у них карточки с товарами и ценами 19-го века) и «Покупатели» (у них «монеты» 19-го века), и они продают и покупают, торгуются, и отлично с этим справляются. Еще пример: если просто рассказать про бурлаков, что они тянули баржи, никто из наших туристов не поймет, о чем речь, но, если взять веревку и все это обыграть, информация останется в памяти.
Мы чаще, чем в обычных экскурсиях, используем музыку, вспоминаем песни и цитаты из фильмов – их я показываю на планшете. Мы всегда бронируем музыкально-игровые программы в музеях, если они есть. Для каждого тура у нас изготовлено визуальное расписание, по которому наши туристы сами отслеживают программу – предсказуемость помогает снизить тревожность и позволяет распределить силы.
Стараемся учитывать и «гастрономические» нюансы. Просим кафе, где обедает группа, приготовить нежирное меню. И чтобы картошка и котлета, например, на тарелке не соприкасались, потому что наши туристы могут отрицательно на это отреагировать. Конечно, в небольших населенных пунктах пока сложно все это соблюдать. Нашим туристам важно есть своевременно. В туре мы учитываем эти моменты и даем возможность перекуса между завтраком и обедом в кафе. И если для обычных туристов действует правило «не есть в автобусе», то для наших – «не сорить в автобусе», так как есть они все равно будут.
- Какую информацию необходимо предварительно собрать об участниках экскурсии, чтобы избежать неожиданных ситуаций?
- В анонсах я размещаю подробную программу тура. Выделяю «капсом» позиции, которые могут вызвать сложности: например, более продолжительный, чем обычно, переезд. Подходит ли программа для туриста, решают его законные представители. У нас сейчас четыре экскурсии в месяц (и мы планируем рост), в каждой поездке – 30 участников. Я не могу узнать и учесть особенности каждого, это нереально. Законные представители, которые сопровождают наших туристов, берут с собой в поездку все необходимое, в том числе и медицинские препараты. Их обязанность предупредить меня о своих потребностях (например, о необходимости сделать укол), тогда я ищу для них спокойное место и возможность помыть руки и т. д. Я за то, чтобы зоны ответственности были разграничены, и воспитываю ответственность в наших туристах.
- Какое образование и какой опыт надо иметь, чтобы заниматься организацией экскурсий для людей с метальными особенностями?
- Если говорить обо мне, то первое образование у меня театральное, по второму я художественный руководитель этнокультурного центра, это помогает общаться с большой аудиторией, заниматься организационными делами. С 2013 года я работаю в туризме, а с 2019 года начала организовывать экскурсии и туры для людей с инвалидностью. Когда я переехала в Нижний Новгород, год работала старшим координатором волонтеров в ПНИ (психоневрологический интернат – ред.): там было и серьезное обучение, и практика коммуникации с людьми с ментальными нарушениями. Но для меня лучшие учителя – это мамы наших особенных туристов: кто, как не они, лучше знают, что нужно их ребенку. Туризм для людей с ментальными особенностями стоит на «пересечении» туризма и коррекционной педагогики. Как коррекционный педагог, так и менеджер по туризму или экскурсовод не смогут организовать экскурсию или тур для особенных людей с учетом всех нюансов. Пока, к сожалению, людей, которые обладали бы нужными компетенциями и опытом, а еще огромной мотивацией создавать и проводить инклюзивные туры и экскурсии, можно пересчитать по пальцам.
- Часто спрашивают, есть ли смысл в том, чтобы возить на экскурсии людей с ментальными особенностями. Интересно ли им? Усваивают ли, запоминают ли они информацию?
- Сегодня в нашей группе есть молодые люди с РАС (расстройство аутистического спектра – ред.). У них есть особенности поведения, но они закончили 9 классов, девушка – с красным аттестатом, она будет поступать в колледж. Наши программы построены с учетом потребностей и возможностей наших туристов. Вы видели, как внимательно все участники слушали экскурсовода, задавали вопросы, как всем понравился мастер-класс по росписи матрешки, как охотно все вызывались участвовать в интерактиве. Так что, безусловно, смысл есть: в смене остановки, выходе из привычного окружения, в смене деятельности. Также сегодня в поездке с нами молодой человек, которому, на первый взгляд, ничего не интересно из того, что происходит. Во время экскурсии он сидит в стороне и рисует что-то. Но его мама считает, что ему это полезно, и он с нами.
Марина Анисимова: «Моя большая и главная цель – вывести на рынок профессиональный туристический продукт: туры по России на регулярной основе, доступные для людей с разными видами инвалидности». О том, как центр «Без границ» работает сейчас и как планирует достичь цели – в продолжении интервью.
Автор: Любовь Ямутова, Марина Козикова
Фото: Марина Анисимова
Фото: Марина Анисимова